О полноценности
Про это: http://for-fill-one.livejournal.com/126191.html

Часть первая.

Я обожаю эти разговоры про полноценность. «Ах, я так их жалею, просто щаз умру, они же никогда, НИКОГДА не будут… такими прекрасными, как я.»
Что, мля, такое эта ваша «полноценность», фетиш, идол, золотой теленок? Что значит это слово? Оно от слова ЦЕНА? Кто за кого платит, чтобы это решать? Мы в колхозе морковку когда собирали, в два ящика ее раскладывали, на стандартную и нестандартную, причем там критерии были четкие совершенно: слишком маленькая, слишком большая, сдвоенная, неправильной формы, - и то иной раз сомневались.
Если человек без одной почки родился – это полноценность или нет? Если без двух пальцев? Если один глаз не видит? А если тупой и самовлюбленный, как не будем показывать пальцем кто?
Я вот завтра начну считать, что тот, кто не может программировать, - явно неполноценен. Блин, да любому программеру это очевидно!!! Это ж человек никогда, НИКОГДА не увидит и не оценит такой чистой, явной, изысканной красоты логики и мысли, какую я вчера в базе наваяла!! Несчастный человек, зачем он вообще на свет родился? Лучше бы это выявлять сразу внутриутробно, и аборт. :(

А напротив меня сидит альпинист, смотрит на мои анемичные килограммы , и думает: эта вот… с рождения неполноценная, никогда ей Эльбруса не покорить, у нее, небось, со второго этажа одышка. Несчастное существо, зафигом ее только не задушили при рождении, оставили мучиться.
А что такое, что не так? Сидит такое вот… , смотрит на ребенка с ДЦП, и думает, в восторге от собственной доброты: ой, бедненький, он же никогда не сможет бегать, зачем он живет вообще, убить из милосердия. В чем отличие? Ну, я, конечно, не в восторге от того, что Эльбрус мне не по ногам. Я бы предпочла, чтобы да. Но, мля! Что, моя жизнь, смысл моего существования – он только в Эльбрусе???
Я для себя – бесценна. Для тех, кто меня любит – бесценна я. Я не потому являюсь бесценным человеческим существом, что у меня комплект всех органов и органов чувств (у меня, кстати-таки, некомплект – почка одна неразвита). Я БОЛЬШЕ, чем все мои проблемы, что, это не очевидно? Моя жизнь не состоит в бесконечном обсасывании любых моих истинных и мнимых уродств. Недостаток – это такая же данность, как отсутствие баскетбольного роста или цветового зрения. И так же точно с ним можно иметь дело: в какой-то степени делать что-то вопреки недостатку, в какой-то степени – просто не делать то, что никак невозможно. Однажды это переживается – и человек, и семья его идут дальше, живут дальше. Они растут и смеются, достигают чего-то и уходят от чего-то - человеческое бытие, которое совершенно не нуждается в сопливой жалости этих апологетов полноценности: «Я всем сердцем сочувствую тем детям, которые никогда не будут нормальными. Никогда. И ни при каких условиях не будут нормальными. Эти дети никогда не будут полноценными.»
Я вот спросила тетеньку, что она считает полноценностью. Ответа нет пока, но вообще очевидно из текста, что тетенька знает, что это такое, и решительно отказывает ЕЮ ОПРЕДЕЛЕННОЙ категории детей в этом качестве. Ну, а сама она и ее дети, очевидно, полноценны. Через пять лет ребенок в инвалидном кресле, вид которого коробит эту тетеньку с добрым сердцем, станет новым хоукингом, а ее собственный сын – вдруг пойдет в бандиты или сутенеры? (тьфу-тьфу-тьфу) Мне интересно, как тогда мы будем судить о полноценности этих двоих людей?
Человек, способный на труд, часто – на творческий труд, способный любить и быть любимым, нередко способный, наконец, содержать себя, - полноценен или нет? Добрая тетя знает, что нет: он ходить не может, слышать не может, у него чего-нибудь не хватает в организме, или еще что-то, не одобряемое тетенькой. Она бы за него ПОЛНУЮ ЦЕНУ на рынке не заплатила – бракованный. Нестандартная морковка.
Ребята, но мы его тетеньке и не продаем. :)

Часть вторая.

Добрая наша тетя, заливаясь слезами жалости к проблемным детям, явно к ним никогда в жизни не приближалась. Иначе бы она, может быть, знала, что многие глухие обожают танцевать - вибрация от ритмичной музыки передается через пол, - и ходят в оперу-балет слушать музыку: они садятся в первый ряд и кладут ладонь на барьер оркестровой ямы, костная проводимость помогает. Она бы понимала, что ИЗО для слепого ребенка – не просто возможно, а ОЧЕНЬ ВАЖНО: слепые часто страдают фрагментарным восприятием из-за недостатка симультанных чувственных впечатлений, у них нарушено формирование пространственных образов предметов и даже собственного тела, и поэтому ЛЕПКА, поэтому РИСОВАНИЕ ВЫПУКЛЫХ РИСУНКОВ И СХЕМ – для слепых просто панацея, есть целые методики работы со слепыми и слабовидящими, основанные на этих средствах.
Она бы знала и понимала, что тотально слепых людей вообще очень мало, а слабовидящие дети прекрасно воспринимают информацию на слух, что тотально глухих людей сейчас в ряде случаев оперативно лечат, что существуют многолетние, разработанные (в том числе, в России) и успешно действующие в ряде стран методики, позволяющие людям с проблемами слуха учиться в рамках массовых школ.
Для ребенка с проблемами массовая школа, если она возможна, - это кратчайший путь к настоящей адаптации, к преодолению проблем, как раз к тому, чтобы жить во всех отношениях полноценной жизнью, чтобы там ни думали покорители эльбрусов.
И еще, что меня восхищает: эта дама считает, что любой проблемный ребенок всю жизнь только сидит и завидует, сидит и завидует ей самой и ее «полноценному» отпрыску. Так и чувствуется, как ей приятно с высоты своего пъедестала пожалеть несчастного. Издалека, разумеется, потому что «мы-то полноценные, а вы не ползайте тут, не портите вид».

В связи с этим, часть третья.

Да, в нашей школе (не лично в моей, но во многих школах во времена моего детства) могли издеваться над необычными детьми. В моей не издевались. Я за 10 лет учебы ни разу не слышала «очкастая кобра» в свой адрес. А знаете, почему? Потому что моя первая учительница, когда первые два мальчика в нашем классе надели очки, сама лично дала им прозвище. Она стала их называть «профессор номер один» и «профессор номер два». Потом к ним добавилась я, и стала «профессор номер три». Мы все трое были отличниками, и, элемент уважения, присущий слову «профессор», был вполне кстати тут. В моем классе училась девочка, как я теперь понимаю, с эпилептическими изменениями психики. Думаю, что она была где-то на грани с УО, интеллектуально, кроме того, выглядела очень типично для «заторможенных» эпилептиков, и иногда давала агрессивные вспышки. С ней не дружили, да. Но и ее никогда не дразнили. Это просто было НЕ ПРИНЯТО у нас.
Смотрите, такая обстановка была возможна уже в школе 70-80 годов. Если педагоги прилагали минимальные усилия.
Но дама усилий прилагать не хочет. Дама считает отвратительную детскую жестокость совка – нормой. Типа, ну что делать, дождик же идет? Идет. Зонтик возьмем. Дети жестокие? Делать нечего, не подставляйтесь.
В России вот огромное количество пьяных дорожных аварий. Ведь все равно же пьют за рулем? Пьют. Так нафиг это правило, что пьяному нельзя ездить? Все равно ведь его все нарушают. Отменим его к чертям?
Нафиг учить детей, что самые разные на вид люди заслуживают одинакового уважения? Если они их все равно дразнят? Не будем учить детей толерантности, лучше уберем подальше с глаз долой особо дразнибельные объекты, да?
Ах, как мы сильно все пострадали в детские годы. Так больно, так неприятно нам рядом с собой-любимым было видеть, как дразнят толстяков и ботаников. Мы гуманные, мы хотим избавить других от ЕСТЕСТВЕННОЙ детской жестокости. Лучше пусть их учат где-нибудь отдельно.
А что детская жестокость после пяти лет НЕ является ЕСТЕСТВЕННОЙ, никому что, в России даже в голову не приходит? Что в норме около пяти лет ребенок ДА МОЖЕТ поставить себя на место другого и способен к сочувствию – не приходит? Что-то я не вижу среди своих знакомых детей 7-8 лет, которые могли бы обидеть мою дочь, которая немного-таки отличается от других. А когда не так давно один-единственный мальчик, сам с определенными проблемами развития, сказал ей по простоте душевной что-то минимально неприятное, мать устроила ему такое, что мне как-то даже неудобно… :) И я уверена: он понял и запомнил, имейте в виду…
Но то же не наша дама. Нашей даме в голову не приходит, что если дети кого-то травят, то надо что-то подправить в консерватории, в смысле, делать с детьми, а не с объектами травли. Что дети И БУДУТ так себя вести, если их мать в слезливых постах требует сделать ей красиво и изолировать всяких тут неполноценных. Потому что medium is a message, и кто еще может вырасти у такой мамы?
А расти всем вместе – это важно не только для особенных детей, которые могут и хотят быть полноправными членами общества. Это важно для обычных детей более всего: для их правильного душевного и социального развития, потому что именно они будут ТЕМ БУДУЩИМ МИРОМ, от которого мы ждем большей толерантности и большей человечности, наконец-то.

Оговорка.

Я, как человек с образованием в этой области, как мать особого ребенка, и как видевшая много детей хороших и разных, не являюсь сторонником повального и поголовного «инклюзивного» обучения. Есть случаи, когда ребенок реально мешает учебному процессу, и своему, и окружающих детей. Есть случаи, когда интеграция опасна. Есть случаи, мало, но есть, когда она бессмысленна. И есть случаи, когда ребенку ЛУЧШЕ учиться не в условиях интеграции.
Поэтому я за ИНДИВИДУАЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ в каждом конкретном случае. С идеей, ЕСЛИ ВОЗМОЖНО ИНТЕГРИРОВАТЬ – НАДО ИНТЕГРИРОВАТЬ.

Да, я знаю, мне скажут, что в России все всегда делается через жопу. Но это не повод похерить идею, прекрасно работающую в ряде стран. Это повод пересмотреть то, как это делается в России. Скажите мне: надо делать осторожно. Скажите: надо потихоньку. Скажите: надо начинать с простых категорий. С определенных школ определенного уровня. С пилотных проектов. С проб. С обкатки. Скажите мне все это - и я тут же соглашусь.
А еще надо начинать с воспитания общества. С вот этих суперполноценных дам, которые считают себя солью земли, рыдают над телерекламой, мечтают стать почетными донорами – видимо, когда-нибудь в другой жизни, и с упорством, достойным лучшего применения, ЖАЛЕЮТ детей, которым эта жалость совершенно не нужна, тут же ничтоже сумняшеся лишая их обычного человеческого пути к счастью и вешая на них ярлык уцененки. Вот этим дамам иногда очень хочется дать в морду. Что я и делаю в данном случае.