Типца Феня (ptfenix) wrote,
Типца Феня
ptfenix

Скучное пейзажное. О морях.

"Море, круглая бухта, высокий маяк, а всего непременней - полынь. А как жизнь началась - пусть и кончится так..." (с)

***
...Обычное дневное море в Ейске-городе было, скорее, бурым. Это если мы говорим про сторону Таганрогского залива. Если говорить о лимане, то эта сторона дольше держала утреннюю стальную синеву, но тем не менее, была какой-то неправильной в движении и волнении своем, словно не по-настоящему морской...
Внутри города Ейска было довольно просто достигнуть места, где залив и лиман сливались воедино. Стоило минут 20 пройти по грунтовой дорожке пляжной косы, минуя городской пляж слева, затем турбазы справа и слева (на первую из них, автотурбазу "Прибой", мы всегда ездили загорать - прямо к камням от самого ближнего, недостроенного волнореза), добраться до яхтклуба, где полоска суши между морями становилась уже совсем узенькой, и, наконец, выйти на мыс - изломанные бетонные плиты, заливаемые волнами, и множество вбитых в дно разновысоких бревен, на которых любили сидеть рыбаки, пока еще была рыба, - таков был самый кончик носа ейской суши...
Я всегда ходила по этой дорожке босиком, и почти всегда - одна. Мне нравилось долго сидеть на кончике мыса\носа, с непреходящим удивлением наблюдая столкновения водных масс и водовороты в полуморе-полулимане передо мной. Пока я была девочкой с пониженным чувством опасности, я даже купалась там, обычно в совершенном одиночестве, чертыхаясь от неудобного дна: изломанные, остро торчащие куски бетонных плит и арматуры покрывали практически везде слой мягкого песка, характерный для ейского побережья залива, или неглубокий слой ила, который я не любила на лиманских пляжах, - уже не знаю, чего там было больше...
Но и там днем море было таким же бурым.
Чтобы наблюдать настоящий цвет моря, который в городе появлялся только вечером, на закате, - стоило уехать на Должанскую косу...
В Должанке тоже сходились два моря: Азовское море и Таганрогский залив. Но до конца Должанской косы я так и не добралась никогда: она была в длину с десяток километров, и мы никогда не доезжали до конца. Это была такая полоса заросшей колючками и осокой, иногда с небольшими лужами, суши, шириной в несколько сотен метров: в начале, понятно, более широкая, и сужающаяся не очень заметно по мере продвижения вперед. По обе стороны полосы море пряталось за двухметровыми ракушечными валами, и именно вдоль этих валов с обеих сторон шла грунтовая дорожка. Если в поле зрения не было других таких "пляжников", как мы, эта дорожка оказывалась единственным в тех краях напоминанием о человеческой цивилизации. Тут не было столбов, заборов, строительного мусора, характерного для пустырей обжитой зоны. Тут не было полурассыпавшихся времянок, расчищенных автостоянок, разметки. Не было столиков, скамеек, пляжных раздевалок, волнорезов, барьеров, навезенного песка. Ничего не было человеческого рукотворного тут, сколько достанет глазу, и цвет был тоже не пляжный: пляж - это синее море и золотой песок, скажете вы и скажет большинство. А тут были: бесконечный белый с едва заметной перламутровой розовостью ракушечный вал вдоль молчаливого зеленого моря - великолепного и бескрайнего, и при этом чуть ли не самого маленького моря этого мира. Эти две вещи ну никак не увязывались у меня в голове уже тогда...
Наш дикий лагерь распаковывал свои брезенты, зонтики и помидоры с картошкой, а я, как только удавалось вырваться, пряталась где-нибудь за изгибом вала, и оставалась наедине со своими стихиями: только мерный плеск и чайки... Однажды, когда мне было 13, сидя так над зеленым морем, я придумала вот эту сказку. А записала ее только года через три. Процесс осмысления стихий шел долго...
Tags: мое_детство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments