Типца Феня (ptfenix) wrote,
Типца Феня
ptfenix

ЗИМНЕЕ УТРО - почти по Пушкину



Нашла тут какой-то невразумительный набросок парумесячной давности.
Продолжать-то вряд ли буду... Но чего ему стам лежать? Пусть висит...

Утро мое начинается противным звонком пелефонного будильника в полшестого утра. Я пихаю мужа, а сама еще сплю минут пять, держа пелефон в руке, пока он курит на балконе свою любимую петерсеновскую трубку красного дерева с толстым серебряным кольцом. Главное – успеть в ванную до того, как он закроется там бриться. Но иногда я не могу все-таки встать, муж приходит и будит меня, несколько секунд растирая ноги и живот. Сунув ноги в тапки, я прямо в ночной рубашке тоже выползаю на балкон - посмотреть, какая сегодня погода. Мне зябко, тапки шлепают, город еще спит, разлапистая пальма внизу влажная от росы, из-за далеких склонов Иудейских гор бьет в холодное небо огромный ослепительный восход.
Умывшись, я иду одеваться. Это процедура. Малявка спит в нашей спальне, загораживая подступы к шкафу. Нет силы, которая заставила бы меня готовить одежду с вечера. Я вслепую, изогнувшись буквой «зю» для проникновения через полуоткрытую дверцу, ковыряюсь в залежах чистого белья и брошенной вчера или позавчера еще-не-грязной одежки. Малявка фыркает на каждый шорох и нервно сосет соску.
Я достаю из ящика «рабочие» очки и любимое серебряное кольцо, без которого не выхожу из дому, беру в руку носки и на цыпочках отваливаю от ребенка в салон. Включаю компьютер. Натягиваю носки и кроссовки. Причесываюсь. Муж уже пьет кофе с колбасным бутербродом. Большая желтая чашка с чайным пакетиком и двумя таблетками сукразита, им приготовленная, ждет меня возле чайника. Я наливаю кипяток – завтракать по утрам физиологически не способна - и сажусь проверить утреннюю почту.
Если накануне я вешала большой пост, утром бывает до 20 новых писем. Если только личные, то за ночь больше 2-3 не набегает. За день, конечно, бывает больше. Помню, как-то после работы в ящике нашла 57, и никакого при этом спама.
Письма и комменты я утром только просматриваю. Как правило, отвечать времени нет. На часах 6:15, пора поднимать Гошку.
Я чуть приподнимаю плотно закрытые оконные жалюзи, чтобы в спальню проникло немного бледного света. Муж достает из кроватки сердито пыхтящий теплый комок, состоящий из сиреневого ночного мешка-комбинезона, мохнатого щенка и самой Гошки где-то внутри, бултыхающей конечностями во всех направлениях. Комок укладывается на нашу кровать и делится на составные части. Не всем частям это нравится. Не открывая глаз, Гошка хнычет: «Ба-баааааку! Баббаааакуууу!» Сдернув комбез, мы возвращаем ей собаку. Пока муж меняет памперс – ребенкины сильные и брыкучие ножки еще спят и не возражают, экая благодать! – я, нагнувшись, урча от удовольствия, быстро целую нежные мягкие щечки, бровки, носик, лобик, закрытые глазки с длинными синими ресницами… Не открывая глаз, детя начинает довольно и лукаво улыбаться. Илья сажает ее, стаскивает через лохматую рыжую голову ночную футболку, Гошка разлепляет веки. У меня в руках ее нижняя кофточка, я выглядываю в прорезь ворота и провозглашаю: «Ку-ку!!» Детка хихикает и с удовольствием вставляется в одежку…
«Пийет!» - говорит она. «Привет, Гоша! Привет, зайка! Кто это у нас проснулся?!» – на все голоса отзываемся мы.
Рядом в коридоре раздается тяжелый стук и распахивается железная гунькина дверь. Гунька живет у нас в так называемой «хедер атум», т.е., в герметизированной комнате. Такое есть во всех относительно новых домах – на случай газовой атаки. В коридор выползает Гуня в ночных голубых панталонах и накинутом наспех черном пончо. Она зевает во весь рот и в изысканных выражениях предъявляет претензии к громкости нашего общения. Мы отвечаем что ей все равно пора вставать. Гошка видит Гуню и начинает подпрыгивать, тоненько визжа. Ей удается схватить Гуню за кисти пончо. Гуня теряет равновесие и падает на меня. В результате сложного инерционного процесса все четверо оказываются на кровати, где и барахтаются еще некоторое время.
- Убери ее от меня сейчас же! – сбросив показной лоск, кричит Гуня, дергая пончо, - я хочу спать!!!
- Мы опаздываем! – кричу я.
- Лара, давай же уже колготки! – кричит Илья, пытаясь под шумок поймать Гошу в ворот свитера.
- Ав-ав-ав!!! – радостно кричит Гоша, надеясь, что Гуня поддержит ее одинокий голос…

Наконец, все мирятся, девочки целуются, Гоша вдевается в весь свой боекомплект и отец несет ее умываться. Гуня бредет досыпать, жуя на ходу булку. Я собираю сумки: Гоше укрепляющая микстурка, теплая шапка на всякий случай, овсяная крупа и несколько йогуртов, Илье еду, транзисторный приемник и пелефон, себе пелефон с зарядным устройством. Вымытая ясномордая Гошка приносит себе ботиночки, папа их шнурует, ребенок всовывается в верхнюю одежду и торжественно усаживается на папу верхом. На часах шесть тридцать семь. Мы спускаемся к машине…

Tags: Гошка_2004, гошкин_папа, домашнее, сестрички
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments