August 2nd, 2006

rose

Наброски-4

Сны мне в отпуске снились причудливые. Началось после Зальцбурга, когда я впервые ноги сбила. Илюшка мне тогда их растирал вечером, засыпая. И ночью приснилось мне, что у меня три ноги. И растирать надо целых три. Муж недоволен.

Ну, тут хоть причина понятна.

А вот дня три спустя приснилось мне, что муж со своим другом, профессором одного французского университета, взяли жирафа напрокат. Ну, и зачем им жираф понадобился? Загадка просто.

А вот вчера смотрю телек и узнаЮ, что в питерском зоопарке, в клетке у тигров, кто-то посеял марихуану. И вот думаю я сразу: может, я все еще сплю, а? Может, проснусь сейчас - а за окном розовые доломиты?...

Пока проснуться не удалось.
rose

Наброски-5

"- Были фараоны и евреи. Фараоны вымерли, евреи остались. Потом были римляне и евреи. Римляне вымерли, евреи остались. Потом были инквизиторы и евреи. Инквизиторы вымерли, евреи остались. Потом были нацисты и евреи. Нацисты вымерли, евреи остались. Теперь есть хизбаллоны коммунисты и евреи...

- Э, э! Что вы этим хотите сказать, аааааа????!!!!!

- Ничего!!! Евреи вышли в финал!!!!"
(старый добрый анекдот)


Борман был романтик. Говорят, к юбилею Главного Людоеда он за восемь месяцев воздвиг ему подарок на великолепной альпийской вершине...

Орлиное гнездо. Типа, людоед - орел, а это его гнездо. Ну, даже если и не орел - тоже птица, в конце концов...

Золотой лифт блестит, как самовар. Везде куча сувениров и книг на всех языках с фотографиями: как строили. И нигде, ни одного раза я не наткнулась на имя Гитлер. НИ ОДНОГО РАЗА. Это какие-то чудеса редактирования, блин.

Но факт остается фактом: вот на эти вершинки - хороший вид для возомнившего! - смотрел людоед людоедович, и ощущал, что вершит судьбы мира. Мою, скажем: людоед предрешил мне никогда не родиться. А я вот тут стою себе, под солнышком, пялюсь на снежные горы, и ничего себе.

Мы снова в финале, и конца не видно.
rose

Наброски-6

Последний выход вестибулятора на манеж был прекрасен до безобразия. В деревенском отеле, где мы ночевали перед аэропортом, на нас набежала колоритная четверка русскоговорящих людей лет на десять постарше: двое летели нашим рейсом домой в Израиль, а другая пара в то же утро и тоже домой, но в Америку, разъезжались после совместного отпуска. С израильской четой мы потом познакомились поближе, и первое впечатление только подтвердилось: солидные люди, преподавательница и министерский работник. Ну а мы, как водится, в майках, мятых штанах, и хихикая... Левое зеркало на пластыре держится (про это потом)... То ли сисадмины на выпасе, то ли уцелевшие хиппи доисторического призыва... В обычных обстоятельствах они бы к нам не обратились. Но тут, видно, туго пришлось совсем.

- Ребята, - говорят, - а вы, случайно, не знаете, как отсюда в аэропорт добраться?...

- А нам не надо, - говорим снисходительно, - у нас дестинатор. Джи Пи Эс, в смысле. Мы его сами сделали.

- Ой! - говорят, - Ой. А нельзя ли нам... Как-нибудь с вами, а? ... Мы бы за вами поехали, а? А то нервно как-то...

- Да пожалуйста! - по первому движению польщенной души восклицает мой добрый муж. - В шесть утра, сталбыть, будьте готовы.

- А не поздно? - сомневаются.

- От отеля до аэропорта 17 километров, - говорю. - Ехать двадцать минут.


И вот утро. Проливной дождь. Муж, громко зевая небритой челюстью, челночным бегом перетаскивает в машину семь мест нашей поклажи, сопровождаемый моим воплем "КУКЛУ НЕ ЗАМОЧИ!!!" Вся четверка, зябко ежась, теснится под навесом крыльца. На лицах женщин страх и недоверие.

- По местам! - командуем. Они садятся.

Дестинатор думать начинает не то чтобы очень сразу. И вообще, чтобы он быстрее думал, лучше со двора выехать на дорогу, неважно какую. Вот я и выезжаю, причем спросонья поворачиваю не налево, что было бы логично, а направо, в глубь деревушки.

Тут Ариадна оживает и принимает на себя управление. Но вместо того, чтобы велеть мне развернуться, решает сделать круг огородами. А уж потом чего мучиться, раз мы и так уже в огородах? Так она, наверное, думала. Ариадна все-таки любит кушаря больше, чем развороты.

Напоминаю: едва рассвело, проливной дождь. Я, лихо бренча, несусь на своем мерседесе с залатанным зеркалом по узенькой грунтовке через какие-то злаковые поля: в аэропорт еду, международный. За мной в полуобмороке движется большой черный седан солидных попутчиков.

- Зря, Илюха, ты это придумал, - задумчиво говорю я, виляя вкруг свежих луж в колдобинах и уворачиваясь от гнущихся под ветром колосьев, - Неровен час, кого-нибудь там сзади удар хватит сейчас...

- А мож, они чичас отстанут, - с надеждой говорит муж, оглядываясь и нервно ерзая. - Мож, решат лучше сами дорогу спросить?

- У кого?! - отрезвляю его я, - у мышки-полевки, что ли? - в голосе моем безнадежность. Я тоже мечтаю, чтобы ведомые проявили малодушие и отстали куда-нибудь, не знаю куда.

- Ну тогда делать нечего, - обреченно говорит муж. - Молись.

- О чем? - удивляюсь, - О явлении нормального шоссе?

- Балда. Молись, чтобы дорожка не стала велосипедной.

- В этом случае я овдовею, зззззараза! - визжу я....

Вместо поля слева возникает накрытая полиэтиленом теплица по выращиванию гладиолусов, потом появляется асфальт, мы минуем въезд на деревенское кладбище, выезжаем на булыжную мостовую возле церквушки, три поворота, пять поворотов... Б-же, неужели приличное шоссе? Нет, опять булыжник, потом разбитый асфальт без обочин в обрамлении сараев...

- Сколько там до цели? - спрашиваю.

- Тринадцать. Все же приближаемся!

- Только задние-то этого не знают, бедолаги...

Приблизительно за девять километров до цели наша дорога стала приличным пригородным шоссе. Еще через три километра мы выскочили на нормальный хайвей с указателями, свернули куда надо, удовлетворенно кивнув подсказывающей Ариадне, и влетели в RENTAL CAR RETURN в шесть часов 24 минуты.

Из черного заляпанного седана, остановившегося позади нас, первой выскочила приличная американская дама в кудряшках и закричала:

- Потрясающе! Великолепно! Как мы перенервничали! Мы ехали по полям!!!! А это было правильно! Невероятно! Огромное вам спасибо! Такая гора с плеч!!!!! Что за замечательный прибор!!! Все-таки машины - они ууууумные!!!!

Муж поперхнулся. Такое мог сказать только человек, никогда не имевший дела с компьютером.